Preview

Стратегические решения и риск-менеджмент

Расширенный поиск

АТРИБУТЫ ИННОВАЦИОННОЙ ЭКОНОМИКИ РОССИИ

https://doi.org/10.17747/2078-8886-2010-2-82-87

Полный текст:

Аннотация

Переход к инновационной экономике требует создания ряда новых атрибутов: наличия экономической стратегии, предусматривающей создание и реструктуризацию инфраструктуры; соответствующей совокупности целей; принятия мер законодательного и экономического характера по использованию новых ресурсосберегающих и экологичных технологий. Обоснованы основные проблемы, требующие активного решения для формирования инновационной экономики.

Для цитирования:


Красс М.С. АТРИБУТЫ ИННОВАЦИОННОЙ ЭКОНОМИКИ РОССИИ. Стратегические решения и риск-менеджмент. 2010;(2):82-87. https://doi.org/10.17747/2078-8886-2010-2-82-87

For citation:


Krass M.S. CHARACTERISTICS OF RUSSIAN INNOVATIVE ECONOMY. Strategic decisions and risk management. 2010;(2):82-87. (In Russ.) https://doi.org/10.17747/2078-8886-2010-2-82-87

  1. Основные предпосылки

В российской экономике с начала 90-х гг. двад­цатого столетия имеет место вялотекущий кризис с характерным преобладанием системных проблем. К системным проблемам прежде всего нужно от­нести следующие: ориентация экономических агентов на краткосрочные результаты деятельности в ущерб средне- и долгосрочным целям; недоста­точное знание текущего и прогнозного состояния рынка; высокие затраты усилий и ресурсов для ориентации на рынке; слабая мотивация и дисци­плина работников; старение основных фондов и технологий. Сюда же следует также присоединить и неэффективность использования имеющихся ре­сурсов [1].

Превалирование краткосрочных целей у эко­номических агентов разных масштабов в ущерб средне- и долгосрочным целям приводит к край­не неустойчивому экономическому состоянию страны. Между тем заявляемые средне- и долго­срочные цели сформулированы ныне не столько в экономической политике страны, сколько в прокла­мировании инновационной экономики и в разра­ботке инновационных проектов, объявленных пер­воочередными. Эффективное государство должно руководствоваться экономической политикой, а неэффективное - отказывается от системного стра­тегического анализа, подменяя его фрагментарно­стью ориентиров при отсутствии их взаимосвя­занности. Отсутствие стратегического подхода, реализуемого посредством соответствующей эко­номической политики, неминуемо приводит к при­митивной и неустойчивой сырьевой экономике, не­достаточности количества рынков, росту удельного веса теневой экономики и, как следствие, к силь­ной зависимости от состояния экономик ведущих стран, а также от политического дисбаланса. Эти обстоятельства значительно увеличивают риски экономики страны для всех ее участников.

  1. Наследие прошлого живет в настоящем и претендует на будущее

Без малого уже 20 лет Россия живет в услови­ях прокламирования эпох: сначала масштабных экономических реформ, затем модернизации эко­номики, ныне провозглашена эра инновационной экономики. Разумеется, новая экономическая эпоха не наступает разом - нужен четко обозначенный вектор движения в эту эпоху. Сейчас, в силу от­сутствия этого направляющего вектора, движение к упомянутым выше эпохам практически не замет­но, и основной причиной этого является несоот­ветствие имеющейся инфраструктуры заявленным целям. Безусловно, цели новые и перспективные, а вот инфрастуктура по своей сути и особенно по функционированию осталась прежней - т. е. уна­следованной от прошлой экономической эпохи раз­витого социализма, только без госплана и парткон- троля, обязательных для исполнения.

От прежней инфраструктуры времен развитого социализма страна унаследовала гигантские ведом­ства, а следовательно, и узковедомственные подхо­ды к решению основных экономических проблем. Налицо превалирование краткосрочных и противо­речивых целей даже у крупных экономических агентов и, как следствие, крайне нерациональное (а зачастую и зряшное) использование финансовых средств и ресурсов. Попытки вменить в обязан­ность этим структурам самореформирование при­водят в основном к усилению модернизационной риторики - все это уже было в СССР. Как говорит­ся, цели - новые, а грабли, на которые мы наступа­ем, - старые [6].

Обратимся в качестве примера к реализации инвестиционных проектов (ИП), которые, как было заявлено, составляют основу инновационной экономики. По сути дела, тогда совокупность ИП можно рассматривать как набор определяющих це­левых функций (вектор) [3].

Как правило, уже на уровне инвестиционных проектов проявляется дисбаланс между амбициоз­ными целями проекта и инфраструктурой, посред­ством которой этот проект должен быть реализован. Известно, что на сегодняшний день в России разра­ботано достаточно много перспективных проектов, которые реализуются с большими трудностями или не могут быть реализованы даже при наличии пол­ного их финансирования. Основным препятствием на пути их реализации является именно отсутствие необходимой инфраструктуры.

  1. Устойчивое развитие экономики

Целевые установки экономики можно разбить на три класса по их предполагаемым периодам ре­ализации: краткосрочные, среднесрочные и долго­срочные. Формально их можно интерпретировать как целевые функции. Зачастую целевые функции разных классов противоречивы, что является след­ствием неопределенности экономической полити­ки на разных временных масштабах, особенно в долгосрочном периоде. Именно среднесрочные и долгосрочные целевые функции являются основой формирования экономической стратегии страны (выражающейся прежде всего в стратегическом планировании) и представляют собой «фон», на ко­тором должны реализоваться краткосрочные цели, не противоречащие ему. Экономическая политика страны является уже набором инструментов, реа­лизующих ее экономическую стратегию [5].

 

Рис. 1. Целевые функции в состояниях экономики

Если направляю­щий экономический «фон» отсутству­ет, то совокупность краткосрочных це­лей образует хаоти­ческое множество противоречивых целевых установок, реализация которых неизбежно приводит к внутрисистемным противоречиям. Тог­да эти противоречия и антагонизмы регу­лируются внутриси­стемными столкно­вениями, что, в свою очередь, ведет к повышению неустойчивости си­стемы и может иметь своим итогом либо ее коллапс (кризисная обстановка или череда кризисов), либо хаотическую внутрисистемную самоподстройку согласно принципу Ле Шателье самоорганизации систем. Рис.1 иллюстрирует сказанное выше.

Целевые функции разной периодичности об­разуют пирамиду. Если в ее основании находятся краткосрочные цели (1), то такая пирамида эконо­мики неустойчива (рис.1А); устойчивое положение достигается лишь при наличии базы главенствую­щих долгосрочных целей (3), реализующихся в экономической стратегии и стратегическом плани­ровании (рис. 1В).

Еще до августовского кризиса 2008 г. в России был провозглашен приоритет инновационной эко­номики. По сути дела, в перечне инновационных проектов (в особенности в проектах первоочеред­ной важности) был отражен комплекс заявленных разнородных целей различных временных масшта­бов. Однако логично полагать, что инновационная экономика и экономическая политика ее реализа­ции должны вытекать из общей экономической стратегии и стратегического планирования государства, а не представлять собой простой набор слабоформализованных и порой не стыкующихся между собой дорогостоящих мероприятий.

Таким образом, переход от устаревших форм экономики России к инновационной экономике не­отложно требует быстрого и эффективного реше­ния масштабных проблем по ряду направлений [7]. Перечень основных и наиболее актуальных из них можно представить в следующем агрегированном виде:

  • стратегическое планирование
  • реструктуризация инфраструктуры микро- и макроэкономики страны
  • радикальная перестройка всей системы ме­неджмента
  • реформирование системы образования
  • переход на международные формы финансо­вой отчетности.

Первое направление подразумевает необходи­мость разработки экономической стратегии и осу­ществления в соответствии с ней государственного регулирования рыночной экономики. И это нужно делать в рамках полной определенности экономи­ческого позиционирования России: а) в какой мере мы хотим приблизить экономику страны к стандар­там развитых стран; б) принятие экономических и законодательных мер по усилению инновацион­ных основ грядущей экономики.

  1. Стратегическое планирование и прогнозирование

Под прогнозом принято понимать формирова­ние совокупности представлений о возможных со­стояниях некоторого объекта (системы) в будущем. Сам процесс разработки прогноза вместе с детали­зацией ряда сопутствующих явлений составляет предмет прогнозирования.

 

Рис. 2. Совокупность прогнозов разных лагов

Осуществление краткосрочных прогнозов име­ет своей первоочередной целью анализ послед­ствий накопления в различных сегментах эконо­мики кризисных явлений (например, в глобальной финансовой системе). Полученная на этой основе информация может служить базой для рекомен­даций по изменению инфраструктуры экономи­ческих сегментов, в том числе и по методологии таких изменений, включающих и государственное регулирование. Иными словами, это позволит за­ранее определять системные причины возникнове­ния экономических кризисов.

Среднесрочные прогнозы должны включать в себя как накопительный эффект краткосрочных целей экономических агентов, так и среднесроч­ные экономические цели участников мировой экономики. При этом нужно принимать во вни­мание влияние международного сотрудничества и объединения усилий в тех сегментах экономи­ки, состояние которых может стать критическим в плане зарождения кризисных ситуаций. Предпо­лагаемый комплекс регулирующих мероприятий должен быть включен в комплекс целевых функ­ций участников с последующим выявлением меры его соответствия инфраструктуре экономик других стран и мировой экономики в целом (рис 2).

Что касается долгосрочных прогнозов, то здесь речь может идти только о прогнозе тенден­ций (направлении вектора эволюции экономики), поскольку этот вид прогнозов представляет со­бой экстраполирование - крайне неустойчивый вид операций. Прогноз данного типа является своего рода фоновым и должен учитывать аспекты международного сотрудничества в долгосрочном плане (например, предотвращение экологических кризисов, которые могут приобретать глобальные масштабы и круто изменить структуру мировой экономики и экономических отношений - в част­ности, острый дефицит жизненно важных при­родных ресурсов). На основании всех типов про­гнозов разрабатывается экономическая политика и осуществляется стратегическое планирование.

Стратегическое планирование представля­ет собой процесс формирования совокупности основных предпосылок по обеспечению динамики экономики в соответствии с определяющей эконо­мической стратегией. Стратегическое планирова­ние базируется на экономических прогнозах, и по­тому остановимся на основных теоретических предпосылках прогнозирования.

Вообще говоря, прогноз с точки зрения математической методологии является экстрапо­лированием, т. е. продолжением наблюдаемых свойств объекта за пределы временного интер­вала (лага) их исследования. Хорошо известно, что этот про­цесс обладает сильной неустой­чивостью, которая возрастает с ростом интервала экстраполи­рования. Такие задачи известны в математике как класс некорректных задач. Аппарат их решения достаточно сложен и требует привлечения ряда сильных дополнительных математических огра­ничений, а также специальных вычислительных процедур, позволяющих сглаживать неустойчивые «биения» решений и «белый шум» [8].

В экономических приложениях прогноз дол­жен обладать достаточной конкретностью пред­сказаний, т. е. актуальны не столько точечные оцен­ки, сколько приемлемые интервальные оценки. При этом следует иметь в виду, что погрешность (ошибка) прогноза резко возрастает с увеличени­ем прогнозного лага (интервала прогноза). В этом плане долгосрочный прогноз является наименее устойчивым и неминуемо должен обладать высо­кой степенью агрегирования.

Прогноз как процедура реализации научного предвидения включает в себя ряд гипотез, и пото­му его погрешность и устойчивость оценок зависят прежде всего от обоснованности пролонгирования этих гипотетических представлений на будущее. Например, ряд прогнозов, выполненных на основе численных расчетов по системно-динамическим моделям «Мир» Дж. Форрестера в 70-х гг. ХХ века, оказался ныне несостоятельным по причине при­нятой еще в то время гипотезы «замораживания» уровня технологий на длительный период времени.

В общем случае весь период прогнозирования T может быть разбит на сумму временных интер­валов Tk

Эти временные интервалы могут быть приуро­чены к определенным периодам экономической и экологической политики (страны, региона), а также к циклам смены или появления новых тех­нологий. Известно, что с развитием высоких тех­нологий период технологического обновления существенно сократился и в настоящее время он не превышает пяти лет (в сфере высоких техноло­гий эта величина еще меньше). Естественно, что при технологическом обновлении и появлении новых видов продукции возникает необходимость реструктуризации инфраструктуры управления, перестройки бизнес-процессов и изменения ряда социальных процессов. Все это, в свою очередь, требует перестройки системы функций управления как результата изменения целевых функций. Мож­но полагать, что каждому временному интервалу Tk из суммы (1) может быть присуща своя конкрет­ная совокупность целевых функций.

Согласно теоретической оценке, принятой в экономических приложениях, величина T лага про­гноза не должна превышать трети опорного перио­да наблюдений T0 , или

Исходя из этой формулы, следует констатиро­вать, что вследствие убыстрения смены техноло­гий уменьшается и опорный период T0, а значит, сужаются и длины составляющих периодов Tk, в течение которых уровень всех технологий и их воз­действие на общество, политику и окружающую среду полагается неизменным. Заметим, что это предположение является не только оправданным; оно практически реализуется в экономической де­ятельности как в микро-, так и в макроэкономике. Действительно, практически все изменения, в осо­бенности технологические, имеют скачкообразный характер и дискретны во времени. Отсюда можно сделать вывод о тенденции снижения лага устой­чивости прогнозов.

Степень гипотетичности прогноза по любой модели в целом возрастает с ростом номера k част­ного интервала Tk в силу возрастания неопределен­ности по мере перехода кратко- и среднесрочного прогноза в долгосрочный. Чем длиннее лаг - тем неопределеннее предвидение: современные техно­логии и порождаемые ими новые типы экономи­ческих отношений и взаимодействия имеют высо­кую степень динамики. С ростом лага прогнозов растет их гипотетичность. Действительно, гряду­щие новые ресурсосберегающие и альтернативные технологии могут обусловить и новые взаимоотно­шения в обществе и экономике, которые пока еще не «просматриваются» на будущих горизонтах планирования.

С достоверностью прогноза следует прежде всего связывать детальность стратегического пла­нирования в микро- и макроэкономике (аналог - определение целевых функций). В краткосрочной перспективе детальность стратегического плани­рования должна быть наиболее высокой. В средне­срочной перспективе стратегическое планирова­ние должно смещаться в сторону агрегированных показателей. Наконец, долгосрочное стратегиче­ское планирование следует основывать на каче­ственных показателях с обозначением векторов динамики экономических направлений в микро- и макромасштабах.

  1. Совокупность принципиальных атрибутов

Представляется, что в рамках выстроенных це­левых установок страны, а также прокламирован­ных направлений международного сотрудничества можно с достаточной степенью уверенности опре­делить совокупность принципиальных атрибутов инновационной экономики. По сути, эта совокуп­ность предопределена перечнем первоочередных проблем, указанных в третьем разделе этой статьи. Их решение будет определять устойчивое развитие страны и интенсивное развитие ее экономики.

  1. Прежде всего - это создание экономической стратегии (в долгосрочном плане) и разработка со­ответствующей экономической политики государ­ства, включающей в себя также и достижение ряда краткосрочных целей, не противоречащих экономи­ческой стратегии. Здесь имеются в виду действия всех экономических агентов. Экономическая стра­тегия должна сопровождаться принятием ряда за­конодательных актов, а экономическая политика - разветвленным законодательством и мерами по ее реализации. Экономическая стратегия определя­ет комплекс масштабных целей инновационной экономики. При этом задачами экономической политики являются создание инфраструктуры, предназначенной для реализации этих целей в долгосрочном периоде, а также реструктуризация действующей экономики (прежде всего - инфра­структуры микро- и макроэкономики) для реализа­ции конкретных среднесрочных и краткосрочных целей, вытекающих из долгосрочного русла эконо­мической стратегии.
  2. Создание и функционирование квалифици­рованного и действенного аппарата менеджмента, в том числе и в самых верхних эшелонах власти (законодательной и исполнительной), руковод­ствующегося в своих действиях комплексом про­писанного в стратегической концепции свода пра­вил инновационной экономики. В настоящее время налицо нехватка таких людей с государственным складом ума на всех уровнях экономической жиз­ни страны.
  3. Уже на современном этапе научных иссле­дований и подходов и в ближайшем будущем пер­спективно рассматривать не просто экономические системы, а эколого-экономические системы (ЭЭС) [4]. Такой подход позволяет гармонизировать эко­номическое развитие с экологическими требова­ниями рационального природопользования, в том числе в национальном и международном масшта­бах. В свою очередь, это требует прогноза разра­ботки и внедрения ресурсосберегающих и альтер­нативных технологий как необходимых атрибутов инновационной экономики. Грядущая технологи­ческая революция состоит, прежде всего, в резком снижении энергопотребления в результате про­рывного перехода как на инновационные техно­логии, так и на новые материалы в традиционных технологиях.

 

6. Энергетика и рациональное потребление ресурсов

Обратимся к наиболее существенным основам инновационной экономики - рациональному по­треблению ресурсов и энергетике. В статистике используется показатель S, равный отношению объема произведенной продукции к объему исполь­зованных ресурсов. Для экстенсивного (затратно­го) типа экономики, к которому относится сегодня Россия, характерны низкие значения S. Для интен­сивной экономики важнейшей задачей государства является максимизация этого показателя:

S → max, (3)

или, что то же самое, стремление к максимальным значениям производительности по ресурсам [9]. Как уже говорилось выше, нынешняя экономика России унаследовала вместе с экстенсивным спо­собом хозяйствования и ведомственный подход в определяющих отраслях, и прежде всего - в энер­гетике и ЖКХ.

Уже почти официально, на самом высоком уровне, озвучен принцип ресурсосбережения; од­нако в энергетике до сих пор действует закон опе­режающего производства электроэнергии, провоз­глашенный еще четыре года назад главой РАО ЕЭС А. Б. Чубайсом. До сих пор активно лоббируются дорогостоящие проекты сооружения тепловых и атомных электростанций огромной мощности. Основной довод - это грядущий энергетический дефицит.

Обратимся к общеизвестным статистическим данным. Наиболее существенным из них является энергоемкость (энергетические затраты на еди­ницу конечной продукции). Существует важный макроэкономический показатель энергоемкости - число петаджоулей, затраченных на производство продукции в 1 млрд долл. ВНП (1 ПДж = 1015 Дж), - это величина, обратная показателю S. Со­гласно официальной статистике, технологическая отсталость России на сегодняшний день очевидна: она «опережает» все развитые и ряд развиваю­щихся стран (см. таблицу) [8]. Таким образом, ве­домственная энергетическая политика фактически поощряет сохранение затратных и «грязных» тех­нологий экстенсивной экономики прошлой эпохи.

 

Относительная величина 1/S энергопотребления для ведущих стран (за единицу принят показатель Японии)

Пп

Страна

1/S

1

Россия

11

2

Бразилия

3,4

3

Южная Корея

2,7

4

Англия

1,8

5

Германия

1,6

6

США

2,75

7

Япония

1

Отсюда ясно видна несостоятельность тези­са о грядущем энергетическом кризисе для России и его ведомственный антагонизм к принципам энергосбережения, принятым в ведущих странах. Тезис инновационной экономики звучит в прямо противоположном смысле: давайте не увеличи­вать в три раза объемы генерации энергии, а в три раза уменьшим энергопотребление за счет разра­ботки и внедрения ресурсо- и энергосберегающих технологий, причем стратегическое планирование по инвестициям должно отражать это положение. При этом нет большой нужды доказывать эколо­гичность такой экономической политики. Будучи подкрепленной законодательно и экономически­ми мерами - например повышением экологиче­ских штрафов и налогов на три порядка (сегодня в России они просто смехотворно малы, в отличие от западных стран), налоговыми поощрениями за внедрение и использование этих технологий, - эко­номическая политика государства будет приводить в том числе и к новым, более эффективным фор­мам инфраструктуры.

  1. Возможный сценарий (сохранение инерции)

А если инерционность сегодняшнего развития экономики России сохранится? Попробуем нари­совать сценарий, в котором атрибуты инноваци­онной экономики, описанные в п. 5 этой статьи, будут нивелированы. Такое положение в эконо­мике мы уже неоднократно имели, в том числе и в новейшей истории России. Как уже говорилось выше, с 1991 года российская экономика руковод­ствовалась реформаторской риторикой, которая ныне плавно переходит в свою модернизационную фазу. Тогда малоподвижный и громоздкий бюро­кратический аппарат успешно освоит и этот этап, проводя в жизнь неэффективные инвестиции в основном в ресурсодобывающие и энергогенери­рующие отрасли экономики. Коррумпированность на всех слоях инфраструктуры будет возрастать; при этом наиболее перспективная интеллектуаль­ная масса менеджмента и ученых будет успешно утекать за рубеж (этим людям неинтересно ра­ботать в условиях примитивизации экономики со всеми вытекающими отсюда последствиями). В силу сохранения затратных технологий цены на продукцию всех видов будут перманентно ра­сти, причем соотношение «цена - качество» будет также перманентно ухудшаться. Особенно быстро будут расти цены в примитивном комплексе ЖКХ с его ничтожно малым коэффициентом полезного действия. В силу сказанного жизненный уровень большей части населения обречен к падению, как и экологическая обстановка по стране в целом. Сы­рьевая ориентация экономики сохранится - значит, отставание России от ведущих стран с развитой экономикой будет только увеличиваться в техноло­гическом, экологическом и экономическом аспек­тах. Нельзя же всерьез воспринимать рост ВВП за счет сырьевых отраслей как прогресс; да и само это явление крайне недолговечно и продуцирует неустойчивость экономики в силу ее слабой дивер­сификации. В таком случае возможны и рецидивы командной экономики с укреплением инфраструк­туры по вертикали.

В лучшем случае ценой неимоверных усилий и неэффективных затрат удастся создать отдельные «островки» нанотехнологий и чудо-достижений, продукция которых будет иметь слабые использо­вание и значимость в окружающем океане прими­тивной экономики страны. Падение удельного веса экономики и авторитета России в международном масштабе будет неизбежным в силу ее отставания во всех сферах экономической и социальной жиз­ни от уходящих вперед стран Запада. Неминуемо возникнут новые барьеры между отстающей Рос­сией и лидерами.

Можно возразить, что есть небольшие страны с высоким жизненным уровнем и без особых соб­ственных достижений в новых технологиях: не­фтедобывающие страны Ближнего Востока, Новая Зеландия и др. Да, но как быть тогда со статусом России как великой державы?

Об авторе

М. С. Красс
ФГОБУ ВПО «Финансовый университет при правительстве Российской Федерации»
Россия
Доктор физико-математических наук, профессор кафедры «Математическое моделирование экономических процессов» ФГОБУ ВПО «Финансовый университет при правительстве Российской Федерации». Специалист по математическим моделям природных процессов и экономико-математическому моделированию. Автор 150 научных работ, а также 8 учебников и учебных пособий общим тиражом 120 тыс. экз. Основные направления исследований: моделирование эколого-экономических систем; методология исследований проблем современной экономики.


Список литературы

1. Гринберг Р. С. Наступает пора новой перестройки. http://www.izvestia.ru/comment/article3139783/index.html

2. Инновационно-технологическое развитие России /Под ред. В. В. Ивантера. – М., МАКС пресс, 2005.

3. Красс М. С. Концепция моделирования и исследования реализации инвестиционных проектов//Вестник ФА, № 2(50), 2009, с. 31-35.

4. Красс М. С. Моделирование эколого-экономических систем. – М., ИНФРА 2010. – 272 с.

5. Кузык Б. Н., Кушлин В. И., Яковец Ю. В. Прогнозирование, стратегическое планирование и национальное программирование. – М., Экономика, 2008. – 576 с.

6. Тельнов Ю.Ф. Реинжиниринг бизнес-процессов. – М., Финансы и статистика, 2004. – 320 с.

7. Указ Президента Российской Федерации от 1 апреля 1996 г. № 440 «О концепции перехода Российской Федерации к устойчивому развитию».

8. Урсул А. Д., Демидов Ф. Д. Устойчивое социоприродное развитие. – М., РАГС, 2006.

9. Porter M. The competitive Advantages of Nations. New York, 1990.


Для цитирования:


Красс М.С. АТРИБУТЫ ИННОВАЦИОННОЙ ЭКОНОМИКИ РОССИИ. Стратегические решения и риск-менеджмент. 2010;(2):82-87. https://doi.org/10.17747/2078-8886-2010-2-82-87

For citation:


Krass M.S. CHARACTERISTICS OF RUSSIAN INNOVATIVE ECONOMY. Strategic decisions and risk management. 2010;(2):82-87. (In Russ.) https://doi.org/10.17747/2078-8886-2010-2-82-87

Просмотров: 364


ISSN 2618-947X (Print)
ISSN 2618-9984 (Online)