В мировой экономике имеет место значительное по­вышение инновационной активности. Для того чтобы ока­заться среди лидеров этого процесса, в России мобилизуют не только собственные наработки, но и стремятся учесть зарубежный опыт (Указ 2018 а, б; Распоряжение, 2011). Для организации эффективного мониторинга состояния производства и освоения новшеств на национальном уровне интерес представляют наработки стран, которые не только преуспели, но и имеют экономическую структуру, желатель­ную и для нашей страны (Инновационная активность, 2017; Национальный доклад, 2017). В этой структуре особое зна­чение имеет положение обрабатывающей промышленности, с развитием которой связывают прорыв российской экономи­ки по сравнению с ее современным состоянием. При выборе национальных систем показателей, используемых при мо­ниторинге инновационного развития в развитых (по клас­сификации ООН) государствах, учитывались и их успехи в указанном секторе (IntematiomlYearbook, 2018; The 2016 Global Manufacturing Competitiveness Index, 2016; Industrial Development Report, 2017). Поэтому объектом исследований стали системы индикаторов, принятые в Японии, США и Германии. Такое сходство структур их экономик, однако, не обусловило идентичности систем показателей, применя­емых для контроля их инновационного развития. С учетом способов группировки и числа показателей, воздействую­щих на значения факторов, а также наличия или отсутствия обобщающего показателя мы выделили системы показате­лей разных типов.

Национальный институт научно-технологической поли­тики Японии составил систему показателей на основе дан­ных мониторинга. Система предназначена, прежде всего, для выявления нового спроса и определения влияния инно­ваций на производительность труда как основы устойчивого роста экономики. В фокусе системы находятся коммерческие фирмы, осуществляющие 70% всех НИОКР и являющие­ся главным субъектом инноваций (Measuring and Analyzing Innovation, [s.a.]). НИОКР уделяется максимальное внима­ние в частном секторе, особенно в промышленности. Нала­жен трансфер знаний из разных организаций (в том числе академических, государственных), а также роли в этом ин­ститута интеллектуальной собственности. Специальная си­стема показателей «Научные и технологические показатели Японии» строится на основе данных, поступающей из офи­циальных статистических источников и других баз данных. В самостоятельные разделы выделены расходы на НИОКР и их составляющие (прежде всего, занятый в этой сфере персонал), инфраструктурное обеспечение НИОКР (систе­ма высшего образования), продукты и результаты НИОКР; собственно научная деятельность, производство и реализа­ция технологий и инноваций внутри страны и за рубежом (Japanese Science, 2018).

Инновационную активность бизнеса представляется це­лесообразным учитывать и в России. По состоянию на се­годняшний день она незначительна и в течение длительного времени не отвечает на стимулирование со стороны госу­дарства. При разработке отечественной системы было бы уместным сформировать соответствующий блок показате­лей, позволяющих анализировать связи российского бизнеса с другими участниками инновационного процесса, влияние последних на предпринимателей и инновации, обусловлен­ные этим взаимодействием. Считаем, что репрезентативным был бы мониторинг производства/получения и освоения знаний, результаты которого были бы описаны показателями соотношения НИОКР и инноваций у разных групп промыш­ленников, в т.ч. распределенных не только по отраслевым критериям, но и по размерам наукоемкости их производства, экспортной активности и другим параметрам.

Для японской системы характерна равноположенность вышеуказанных сфер и отсутствие обобщающего индикато­ра в отношении них, что дает основание определять систе­му как одноуровневую. Японская система отличается огра­ниченным числом показателей (около 60) и сравнительно простой структурой. Данный подход, как представляется, не позволяет увидеть всего многообразия связей и факторов, воздействующих на инновации, в т.ч. в коммерческом сек­торе, а также у других социально-экономических субъектов (Moreva, 2017).

В рамках действующей японской системы частичным решением этой ограниченности является обращение к мно­гочисленным сопоставлениям значений соответствующих национальных показателей и индикаторов зарубежных стран. Сравнение с зарубежными аналогами проводится практи­чески во всех разделах и подразделах системы: объектами сравнения выступают индикаторы на входе и в процессе инновационной активности, эффекты последней: влияние на торговый баланс, трансфер знаний, доля новой продукции во внешнеэкономических операциях и др. В японской систе­ме уделяется особое внимание национальной обрабатываю­щей промышленности. Соответствующие индикаторы позво­ляют провести как общий анализ сектора в целом, так и его отдельных сегментов, в том числе с разной наукоемкостью.

Проводя сравнения, японские исследователи не огра­ничиваются сопоставлением с данными какой-либо одной страны или постоянной группы стран, они привлекают дан­ные разных государств, лидирующих в разных инновацион­ных сферах, значимых для японского бизнеса и науки, а так­же других национальных стейкхолдеров.

Данный подход также представляется целесообразным для учета в России. Национальные данные можно сопо­ставлять с лучшими зарубежными показателями. Также стоило бы анализировать меры, которые предпринимаются в других государствах для сохранения своего лидерства, раз­рабатывать собственные меры для сокращения имеющегося отставания от лидеров.

Рассматриваемая ниже система «Показатели науки и раз­работок» (ПНР) выделяется среди целого ряда других систем показателей инновационной деятельности своей полнотой и регулярностью актуализации (Foster, Grim, Haltiwanger et al., 2017; Andrew, DeRocco, Taylor, 2009; Telling Our Story, 2018; An Innovation Challenge, 2019). В ее разработке и совер­шенствовании принимали участие многие академические, статистические и иные исследовательские центры, резуль­таты разработок и совершенствования широко используют органы государственной власти, общественные организации и другие заинтересованные лица. Такой интерес объясня­ется весьма успешными усилиями авторов точно отразить в ПНР истинное состояние и динамику американских инно­ваций на фоне современных мировых процессов (Science and Engineering Indicators 2018). В отличие от японской, амери­канская модель не предполагает непосредственного исполь­зования ее содержания в экономико-политических целях. Это позволяло авторам свободнее варьировать ее структуру в поисках более точного отражения текущего положения и сохранения преемственности ее данных с информацией предшествующих лет (Science, 2018).

Попытка отобразить изменения инновационной дея­тельности в США на фоне общемирового роста знаниеем­ких производств, усиления международных взаимодействия и конкуренции предпринята в системе показателей 2018 года. В отличие от японской системы, американские показатели относились не только к НИОКР и высшему образованию, они отражали значение разных функциональных областей - от начального и среднего образования (в сфере математи­ки и естественных наук) и до отношения общества к науке и разработкам - для инновационного процесса.

Впервые индикаторы инноваций были выделены в от­дельный, заключительный раздел системы. Соответственно, производство и реализацию новшеств рассматривали в ка­честве комплексного результата развития экономики и об­щества. В качестве наиболее важных аспектов выделены вложения в интеллектуальные ресурсы, венчурные инвести­ции (в разрезе отраслей и стадий создания инновационного продукта), государственные программы по ликвидации пре­пятствий для инновационной активности, сама инновацион­ная деятельность предприятий и ее результаты (изменения производительности труда и совокупной производительно­сти факторов, динамика числа и экономической деятельно­сти молодых фирм). Последний показатель введен авторами впервые. По их мнению, для обоснования закономерности появления этого показателя в системе впоследствии потре­буется переработать все предшествующие разделы системы, не отразившие должным образом происхождение данного феномена.

Возможно, сходный анализ молодых фирм и выделе­ние их специального показателя было бы целесообразно провести и в России. Поскольку наша страна пережила уже несколько периодов их стремительного подъема и спа­да, возможно, сходный анализ молодых фирм и выделение их специального показателя было бы целесообразно прове­сти и в России. Анализ условий формирования новых фирм, их инновационного потенциала и механизмов его реализа­ции позволил бы уточнить их значение для отечественных инноваций, а также оптимизировать усилия государства и общества в рамках стратегического курса на активизацию последних.

В России стоило бы использовать такой перспективный показатель американской системы мониторинга, как стати­стика цифровой трансформации в академических и предпри­нимательских организациях. Пока в таком качестве может выступать только использование бизнесом и академиче­скими организациями каналов цифровой коммуникации (digital communications). Подобные исследования еще ждут своего завершения как в США, так и в России (Restoring the Foundation, 2014).

У американской системы показателей много общего с японской: обращение в разных разделах системы к обра­батывающей промышленности и ее отдельным сегментам; проведение международных сопоставлений, не ограничен­ных одной и той же страной или их группой, а также исполь­зование в качестве базового принципа построения логики инновационного процесса, опирающегося на производство знаний и завершающегося реализацией новшества.

Вместе с тем потребность в постоянном дополнении и изменении такой системы заставляет ставить вопрос о ее целостной оценке, позволяющей в том числе проследить в стране общую динамику инноваций. Вариант решения такой задачи содержит система показателей, используемая в Германии.

Немецкая система показателей инновационной деятель­ности, как и американская, является объектом специальных усилий ряда государственных и академических организаций (в разные периоды их число и состав менялись). Она пред­назначена для мониторинга состояния инноваций в стране, учитывается при принятии политических решений и имеет своими информационными источниками статистические данные, результаты специальных опросов и отдельные ана­литические материалы.

Так же как и американская система, немецкая система отличается гибкостью и нацеленностью на учет и анализ перспективных направлений инновационной деятельности. Например, в 2017 году в систему впервые были включе­ны показатели диджитализации и сетевых процессов (The Innovation Indicator, 2017).

В немецкой системе много внимания уделяется обраба­тывающей промышленности, в т.ч. ее индикаторам высо­ко- и среднетехнологичных производств, а также операциям с их продукцией. Кроме того, в Германии широко исполь­зуют сопоставления с аналогичными показателями других стран, лидирующих в сфере инноваций. Оценка немецких инноваций формируется в виде соответствующих рейтингов, позволяющих определить положение страны относительно конкурентов.

В немецкой системе предпринята попытка обобщить многочисленные и разнообразные данные в виде сводного показателя - инновационного индекса Германии, который начали составлять с начала нынешнего тысячелетия. Его рас­считывают путем сопоставления инновационных показате­лей с аналогичными данными по 35 странам. Правительству и обществу это позволяет не просто оценить собственную динамику, но увидеть ее на фоне результатов других стран.

Система отличается компактностью: вместо 200 показа­телей на первых порах сейчас используются только 40. Вы­явлены главные механизмы взаимодействия между основ­ными стейкхолдерами инноваций. На круговой диаграмме показана доля инноваций в промышленности, экономике, образовании, науки (The Innovation Indicator, 2017).

В немецкой системе наряду с национальной предусмо­трена региональная система показателей инновационной деятельности (Европейское инновационное табло, ЕИТ), что обусловлено интеграцией страны в ЕС, и его иннова­ционные процессы. ЕИТ предназначено для мониторинга инноваций во всех странах ЕС, оценки их результативности и определения приоритетных направлений инновационной политики в регионе (European Innovation, 2017). Оно содер­жит более общую информацию, касающуюся всех членов ЕС, и, кроме того, включает сравнения по ним региона и его стран с некоторыми другими государствами, международны­ми лидерами инноваций.

Как и национальную немецкую систему, ЕИТ регуляр­но совершенствуют. Однако во всех версиях ЕИТ за основу взято не взаимодействие между основными социально-эко­номическими стейкхолдерами, а, как и в системах Японии и США, последовательность инновационного процесса.

Несмотря на такое сходство, реализация данного принци­па в европейской системе заметно отличается от версий его реализации в других регионах. В последних вариантах ЕИТ (за 2017 и 2018 годы) в структуре показателей прослежива­ется более взвешенный по сравнению с прежними подход к выделению общих условий инновационной активности, в том числе благоприятной внешней среды (широкополос­ного интернета и предпринимательства; форм, в которых задействуют ресурсы (в том числе в виде расходов на инно­вации, не связанные с НИОКР), и их основных субъектов; способов реализации этими последними инновационной деятельности и результатов этого, включая влияние на заня­тость (European Innovation, 2019).

Данные региональной системы комплементарны по от­ношению к национальной немецкой системе, что позволяет синтезировать и те и другие для получения многомерной картины инновационной деятельности в стране, ее места в регионе и мире в целом.

Использование подобного приема представляется весьма полезным для России и ее партнеров в постсоветском про­странстве. Ведь несмотря на принятые программы и страте­гии инновационного развития на национальном и, особенно, региональном уровне, у многих участников этого простран­ства имеющиеся системы и комплексы показателей иннова­ционной деятельности не позволяют эффективно контроли­ровать ее развитие за рамками отдельных проектов; выявлять благоприятные возможности и узкие места на уровне наци­ональных систем; ликвидировать их, используя не только свой, но и региональный потенциал (Решение, 2011; Реше­ние, 2009; Инновационная активность, 2017).

Проведенный анализ систем показателей инновационной деятельности, применяемых странами - лидерами в сфере инноваций, позволяет дополнительно сделать ряд выводов относительно использования в России некоторых подходов из этих практик.

Учет отмеченных выше принципов и приемов построе­ния систем показателей инновационной деятельности в раз­витых странах, преуспевших в развитии своей обрабатываю­щей промышленности и лидирующих в области инноваций, как возможных для использования в России, не противоре­чащих ее национальным особенностям и соответствующих императивам эффективного ответа на современные вызовы диджитализации и регионализации, позволяет предполо­жить, что их применение в нашей стране окажется целесо­образным и эффективным при формировании соответствую­щей системы показателей.