Экономический смысл института корпоратив­ного банкротства заключается в перераспреде­лении капитала в пользу наиболее эффективных собственников, что отражает объективные про­цессы конкуренции. В нашей стране банкротство хозяйствующего субъекта зачастую воспринима­ется крайне негативно, что во многом объясняет­ся распространенностью преднамеренных бан­кротств.

Важно различать преднамеренное банкротство в интересах собственника, осуществляемое с це­лью уклониться от материальной и правовой от­ветственности перед кредиторами, и преднамерен­ное банкротство в интересах третьих лиц для того, чтобы провести передел собственности. Банкрот­ство как способ ухода от обязательств не является чем-то исключительным в мировой практике. Бо­лее того, за последние несколько столетий класси­ческие схемы аккумуляции задолженности и выво­да активов не претерпели значительных изменений [15, p. 485-486]. Применение преднамеренного банкротства в целях передела собственности, на­против, стало одной из характерных особенностей российского института несостоятельности в усло­виях переходной экономики.

Наибольшее распространение такие предна­меренные банкротства получили в период с 1998 по 2002 год. На данном этапе развития экономиче­ских отношений институт несостоятельности ока­зался востребованным на рынке корпоративного контроля крупными хозяйствующими субъекта­ми, «пересматривающими» итоги приватизации. В начале 2000-х годов до 90% сделок по слия­ниям и поглощениям носили недружественный характер и часто проходили с использованием процедур банкротства [9]. По некоторым оцен­кам, около половины корпоративных банкротств оказались заказными, «с целью расхищения соб­ственности» [10]. Вместе с тем с 2001 по 2003 год по статье 196 Уголовного кодекса РФ «Преднамеренное банкротство» было возбуждено всего 755 уголовных дел и осуждено лишь 35 лиц [13].

Проблема безнаказанности предна­меренных банкротств не теряет своей злободневности. По сведениям Центра судебных экспертиз, обвинительные приговоры за преднамеренное банкрот­ство по-прежнему выносятся в еди­ничных случаях: только 5% всех уго­ловных дел, возбуждаемых по ст. 196 «Преднамеренное банкротство», ст. 197 «Фиктивное банкротство» УК РФ, за­канчиваются обвинительным пригово­ром [14]. Одной из важнейших причин создавшейся ситуации стало несовер­шенство методических основ финансо­вой диагностики преднамеренного банкротства. В данной статье мы рассмотрим официальный по­рядок финансовой диагностики преднамеренного банкротства, выявим соответствующие проблемы и предложим возможные варианты их решения с учетом финансового механизма преднамеренно­го банкротства и его наиболее распространенных финансовых схем.

Действующие «Временные правила проверки арбитражным управляющим наличия признаков фиктивного и преднамеренного банкротства» [4] предназначены для организаций, в отноше­нии которых возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве). Диагностика преднамеренного банкротства в течение не ме­нее чем двух лет, предшествующих возбуждению дела о банкротстве, и до признания должника банкротом проводится в два этапа [4, п. 6-9]:

Первый этап. Осуществляется динамический анализ коэффициентов, характеризующих плате­жеспособность должника, рассчитанных за ис­следуемый период в соответствии с правилами проведения арбитражным управляющим финан­сового анализа [7] (финансовая диагностика).

К показателям платежеспособности организации относятся:

В случае установления существенного ухуд­шения значений двух и более коэффициентов платежеспособности анализируются те сделки должника и действия органов управления долж­ника за исследуемый период, которые могли быть причиной такого ухудшения. Если периоды, в течение которых имело место существенное ухудшение коэффициентов платежеспособности, не определены, проводится анализ сделок долж­ника за весь исследуемый период.

Второй этап. Проводится анализ сделок долж­ника, который, в свою очередь, предполагает два направления:

К подобным сделкам относятся:

Более подробно сделки, подлежащие наибо­лее тщательной диагностике преднамеренного банкротства, описаны в «Методических рекомен­дациях по проведению финансово-экономиче­ской экспертизы, назначенной в ходе предвари­тельного следствия, судебного разбирательства уголовных дел, возбужденных по признакам преступления, предусмотренного статьей 196 УК РФ» (см. подробнее: [8]). В частности, к таким сделкам отнесены:

Когда аналитики руководствуются офици­альными правилами финансовой диагностики преднамеренного банкротства, они сталкиваются с проблемами, которые можно условно разделить на три группы:

Рассмотрим вышеуказанные проблемы более подробно.

Наличие признаков преднамеренного банкрот­ства организации устанавливается в том случае, «если руководителем должника, ответственным лицом, выполняющим управленческие функции в отношении должника, индивидуальным пред­принимателем или учредителем (участником) должника совершались сделки или действия, не соответствующие существовавшим на момент их совершения рыночным условиям и обычаям делового оборота, которые стали причиной воз­никновения или увеличения неплатежеспособ­ности должника» [4, п. 10]. Данное определение корреспондирует с трактовкой преднамеренного банкротства в российском законодательстве:

Следует отметить, что трактовка признаков преднамеренного банкротства в контексте соз­дания или увеличения неплатежеспособности не вполне отражает суть явления. Цель инициа­торов преднамеренного банкротства - получение дохода вследствие банкротства и последующей ликвидации должника. Финансовым основани­ем решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства вы­ступает не только и не столько наличие призна­ков банкротства, установленных Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», сколько отсутствие возможности восстановить платежеспособность [3, ст. 75, п. 2, ст. 88, п. 6]. Следовательно, приоритетное внимание при про­ведении диагностики преднамеренного банкрот­ства необходимо уделять такому финансовому состоянию должника, когда отсутствует возмож­ность восстановить его платежеспособность. Прежде всего, речь идет о финансовом состоя­нии, в котором имущества должника недостаточ­но для погашения требований кредиторов, что, в свою очередь, требует обращения не к признаку неплатежеспособности, а к признаку неоплат­ности - «недостаточности имущества» (в дей­ствующем законе недостаточность имущества определена как «превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязатель­ных платежей должника над стоимостью имуще­ства (активов) должника» [3, ст. 2]).

В условиях нормальной хозяйственной прак­тики процедурам банкротства организации, как правило, предшествует постепенное ухудше­ние ее финансового состояния, начиная с нару­шения платежно-расчетной дисциплины, сниже­ния ликвидности и потери платежеспособности. Возбуждение дела о банкротстве неплатежеспо­собного должника далеко не всегда означает не­обходимость конкурсного производства и ликви­дации: могут быть введены реабилитационные процедуры. И напротив, в случае преднамеренно­го банкротства контрагенты должника до послед­него момента (как минимум, до начала дела о бан­кротстве) не должны подозревать о его реальном положении. В финансовом плане преднамеренное банкротство - это процесс, при котором финан­совое состояние организации обычно изменяется по следующему сценарию (рис. 1).

Исключением являются ситуации, когда пред­намеренное банкротство осуществляется в усло­виях неплатежеспособности. Тогда особого вни­мания требует процедура внешнего управления, в ходе которой должнику предоставляется воз­можность провести необходимые антикризисные мероприятия. Данная процедура зачастую вос­принимается как «защита» от кредиторов, что, очевидно, не соответствует конкурентным усло­виям рыночной экономики. Неплатежеспособное предприятие нарушает интересы своих контр­агентов, а они, как предполагается, готовы добро­вольно нести расходы, отказываясь от скорейшего взимания долгов и назначая за свой счет антикри­зисного менеджера. Последний призван восста­новить платежеспособность должника, сохранить жизнеспособный бизнес и, возможно, вернуть его неэффективному собственнику. Поскольку в по­давляющем большинстве случаев внешнее управ­ление оказывается неэффективным, подобная картина представляется не вполне реалистичной. Закономерно, что внешнее управление зачастую применяется вовсе не для восстановления плате­жеспособности, а в интересах недобросовестных кредиторов, в том числе в целях преднамеренного банкротства.

С учетом особенностей и этапов финансовой диагностики преднамеренного банкротства далее следует конкретизировать две группы его фи­нансовых признаков, связанных с изменениями финансовой отчетности организации-должника и с финансовым механизмом преднамеренного банкротства.

При анализе финансовой отчетности долж­ника приоритетное внимание уделяется суще­ственному ухудшению показателей платежеспо­собности [4]. Последнее понимается как такое снижение значений за какой-либо квартальный период, при котором его темп превышает сред­ний темп снижения значений данных показателей в исследуемый период.

Обратим внимание на очевидную коллизию. К показателям платежеспособности отнесены ко­эффициенты абсолютной и текущей ликвидности, показатель обеспеченности обязательств должни­ка его активами и степень платежеспособности по текущим обязательствам. Снижение первых трех коэффициентов, безусловно, свидетельству­ет об их ухудшении. Однако сокращение значе­ния показателя «степень платежеспособности по текущим обязательствам», который отражает период возможного погашения текущей задол­женности за счет выручки, должно расцениваться положительно. В данном случае «ухудшение» показателя следует понимать как увеличение его значения, что свидетельствует о замедлении обо­рачиваемости (табл. 2).

Можно ли расценить существенное ухудше­ние показателей платежеспособности как при­знак преднамеренного банкротства предприятия? Согласно логике [4], это невозможно. Как было отмечено выше, вывод о наличии признаков преднамеренного банкротства делается только в том случае, если руководителем должника, от­ветственным лицом, выполняющим управленче­ские функции в отношении должника, индиви­дуальным предпринимателем или учредителем (участником) должника совершались сделки или действия, которые не соответствовали суще­ствовавшим на момент их совершения рыночным условиям и обычаям делового оборота и которые стали причиной возникновения или увеличения неплатежеспособности должника. На первый взгляд, анализ финансовой отчетности органи­зации имеет формальное значение, а динамика коэффициентов, характеризующих платежеспо­собность должника, позволяет лишь предполо­жить, когда происходила реализация финансовых схем преднамеренного банкротства. Однако если в какой-либо период (периоды) устанавливает­ся факт существенного ухудшения показателей, игнорируются периоды, когда такого ухудшения не наблюдается. Вместе с тем далеко не всегда преднамеренное банкротство характеризуется со­ответствующими изменениями показателей пла­тежеспособности.

Показатели платежеспособности ухудшаются в следующих основных случаях:

Вместе с тем при осуществлении некоторых финансовых схем наблюдается пропорциональное увеличение кредиторской и дебиторской задолжен­ности, а в иных случаях абсолютного изменения итогов разделов не происходит (изменяется струк­тура актива). Так, преднамеренное банкротство может осуществляться в форме теневой реоргани­зации, когда имущество, без которого невозможна основная деятельность предприятия, передается в качестве вклада в уставный капитал (уставные капиталы) создаваемой для этой цели организации (организаций). Впоследствии доля участия долж­ника в капитале новых организаций продается третьим лицам. Причитающиеся же ему средства от продажи финансовых вложений отражаются в статьях дебиторской задолженности, которая за­ведомо безнадежна. Не происходит ухудшения по­казателей платежеспособности и при получении недействительных векселей в счет оплаты продук­ции, работ, услуг (увеличиваются суммы по ста­тьям дебиторской задолженности).

Пример более сложной вексельной схемы преднамеренного банкротства, не сопровожда­ющейся одновременным ухудшением показате­лей платежеспособности организации, приведен на рис. 2.

Казалось бы, схема выглядит парадоксаль­но: должник продает объект основных средств и остается должен по своим же требованиям. Од­нако экономическая противоестественность соот­ветствующих сделок не мешает возбудить дело о банкротстве: ООО «А» признается несостоя­тельным и ликвидируется, страдают интересы до­бросовестных кредиторов. В этом очевидном слу­чае рекомендуемая методика анализа финансовой отчетности [4] дает сбой: показатели платежеспо­собности не отражают существенных изменений в судьбе должника, что затрудняет диагностику преднамеренного банкротства.

Не наблюдается ухудшения показателей пла­тежеспособности и тогда, когда должник предо­ставляет займы другим лицам. Предоставление займа отражается в изменении структуры ак­тива баланса: сокращаются суммы по статьям денежных средств, материального имущества и увеличиваются суммы по статьям финансо­вых вложений (как правило, долгосрочных), не приносящим дохода или приносящим незна­чительный доход, не сопоставимый с величиной альтернативных затрат. В условиях преднаме­ренного банкротства организация может высту­пать заемщиком. В такой ситуации, как правило, заем предоставляется в виде денежных средств и является краткосрочным, а значит, есть возмож­ный повод для возбуждения дела о банкротстве должника. При этом в бухгалтерском балансе ор­ганизации-заемщика отражается одновременное увеличение сумм по статьям денежных средств и краткосрочных займов. Очевидно, что в этом случае не наблюдается существенного ухудше­ния показателей платежеспособности в соответ­ствующих периодах.

Финансовый смысл преднамеренного бан­кротства состоит в том, что при его реализации превалируют схемы вывода наиболее дорого­стоящего имущества. На наш взгляд, в первую очередь следует уделять внимание динамике со­ответствующих статей бухгалтерского баланса. Опасения должны вызывать сокращение вели­чины основных средств и увеличение долгосроч­ных финансовых вложений, и то и другое может указывать как на теневую реорганизацию бизнеса и внесение имущества должника в качестве вкла­да в уставный капитал подставной организации, так и на экономически необоснованное предо­ставление организацией долгосрочного займа другим, чаще всего аффилированным, лицам.

Во вторую очередь пристального внимания требует динамика задолженности по расчетам с контрагентами. Следует изучить изменения по статьям кредитов и займов, прежде всего кра­ткосрочных, резкое увеличение которых может указывать на аккумуляцию долговых требований заинтересованным кредитором. Нарушение рас­четно-платежной дисциплины и, как следствие, возникновение и рост просроченной задолжен­ности в целом характерны для кризисных орга­низаций. Однако в условиях преднамеренного банкротства, как правило, наблюдаются специфи­ческие особенности:

Целесообразно провести и анализ обо­рачиваемости: подозрения должны вызывать несопоставимые сроки оборота дебиторской и кредиторской задолженности. В условиях пред­намеренного банкротства речь нередко идет о су­щественном превышении значений первого пока­зателя над значением второго.

Также имеют место специфические измене­ния структуры доходов и расходов. Преднамерен­ное банкротство зачастую связано с отчуждением имущества, без которого невозможна основная деятельность должника. С одной стороны, на­блюдается существенное сокращение выручки от продажи товаров, продукции, работ, услуг, а с другой - возможно существенное увеличение прочих доходов вследствие продажи недвижи­мого имущества. Важно оценить эффективность использования активов предприятия. При реали­зации большинства схем преднамеренного бан­кротства структура актива баланса значительно меняется. Если учитывать основную цель пред­принимательской деятельности, данные измене­ния не находят закономерного отражения в отчете о прибылях и убытках. Особенно это касается тех случаев, когда в балансе появляются или суще­ственно увеличиваются суммы по статьям деби­торской задолженности и финансовых вложений, которые не приносят дохода.

Таким образом, основными признаками пред­намеренного банкротства, связанными с измене­ниями финансовой отчетности, являются:

Наиболее пристального внимания данные из­менения заслуживают в условиях благоприятной экономической конъюнктуры.

В узком смысле финансовый механизм пред­намеренного банкротства можно определить как совокупность хозяйственных операций, в ре­зультате которых платежеспособность организа­ции не может быть восстановлена, а в широком смысле - как совокупность сделок и действий (бездействия) органов управления организации, направленных на ее банкротство и ликвидацию. В российском законодательстве и в литературе финансовый механизм преднамеренного бан­кротства рассматривается в соответствии с тремя трактовками (рис. 3).

Убыточные сделки. Данная трактовка на­шла свое отражение в «Методических реко­мендациях...» [5] Федеральной службы России по делам о несостоятельности и банкротству (ФСДН), которые утратили практический смысл в связи с введением Временных правил провер­ки арбитражным управляющим наличия призна­ков фиктивного и преднамеренного банкротства [4]. Общая особенность сделок, направленных на преднамеренное банкротство организации, со­стоит в том, что их условия «заведомо невыгод­ны» [5, п. 18, 19]. Очевидно, что в этом контексте речь идет прежде всего об экономической невы­годности сделок. Понятие экономической выгоды в российском законодательстве хотя и использу­ется, но четко не определено. Так, уменьшение экономических выгод организации в результа­те выбытия активов (денежных средств, иного имущества) и (или) возникновения обязательств, приводящее к уменьшению капитала организа­ции, за исключением уменьшения вкладов по ре­шению участников (собственников имущества), признается расходами этой организации [6, п. 2].

Примечательно, что в Международных стан­дартах финансовой отчетности расходы делятся на две группы:

Таким образом, именно в убытках, а не в рас­ходах организации выражается уменьшение эко­номических выгод. Следовательно, финансовый механизм преднамеренного банкротства заклю­чается в совершении сделок, влекущих за собой убытки. С учетом экономического смысла пред­намеренного банкротства убытки должны быть настолько велики, что впоследствии долговые обязательства должника нельзя будет возместить за счет его имущества.

Сделки, направленные на вывод имуще­ства. Преднамеренное банкротство «совершается путем растраты должником своего имущества», «основополагающим критерием признания дей­ствий преступными является причинная связь между данными действиями и последстви­ем, выражающимся в имущественном ущербе для кредиторов - уменьшении их удовлетворения из имущества несостоятельного должника» [12, с. 16]. Иными словами, в условиях преднамеренно­го банкротства соответствующие сделки направ­лены на вывод имущества организации.

Сделки, влекущие аккумуляцию задол­женности. Соответствующие действия (бездей­ствие) рассматриваются как формы проявления создания или увеличения неплатежеспособности. Речь идет о дословном определении признаков преднамеренного банкротства. По очевидным причинам подобным образом финансовый меха­низм преднамеренного банкротства характеризу­ется в судебно-арбитражной практике. С учетом финансового смысла неплатежеспособности со­ответствующие сделки будут связаны, прежде всего, с аккумуляцией задолженности: как с не- взысканием дебиторской задолженности, так и с непогашением кредиторской задолженности и задолженности по кредитам и займам.

Трактовки финансового механизма преднаме­ренного банкротства безусловно взаимосвязаны, а значит, соответствующие действия во многом совпадают или взаимообусловлены. Принципи­альным различием в действиях, направленных на преднамеренное банкротство, будет, например, то, сохраняется или выводится имущество орга­низации. Теоретически возможны три варианта.

Отчуждение имущества при несуществен­ном изменении объема долговых обязательств. Отчуждаются внеоборотные активы (основные средства) и /или оборотные активы (товарно-ма­териальные запасы). Основные средства продают­ся по заниженным ценам, передаются в качестве вклада в уставный капитал (уставные капиталы) компании (компаний), специально создаваемой для целей преднамеренного банкротства. Запасы обычно реализуются на заведомо невыгодных для должника условиях. Как следствие, часто воз­растает дебиторская задолженность.

Сохранение имущества в целом в сочета­нии с существенным обременением обязатель­ствами перед заинтересованным кредитором (кредиторами). В результате доля требований добросовестных кредиторов уменьшается, а не­добросовестный кредитор получает возможность существенно влиять на конкурсный процесс.

Вывод имущества в сочетании с аккуму­ляцией долговых обязательств. Как и в первых двух случаях, соотношение стоимости имущества и суммы долговых обязательств организации до­стигает некоторой критической величины, после чего восстановление платежеспособности стано­вится невозможным.

Критическое соотношение активов и обяза­тельств выражается как отрицательное значение чистых активов по рыночной оценке. Характерно, что балансовая оценка чистых активов, как пра­вило, не ухудшается или, напротив, демонстриру­ет положительную динамику.

Нормативный подход к характеристике и классификации сделок, направленных на пред­намеренное банкротство организации, сочетает в себе различные трактовки. В данном случае речь идет и об убыточных сделках (на заведомо невыгодных условиях), и о сокращении размера имущества, и об аккумуляции задолженности (создание или увеличение неплатежеспособно­сти). Прослеживается разграничение сделок, на­правленных на сокращение имущества, и сделок, связанных с возникновением обязательств. Вме­сте с тем это разграничение не вполне четкое, поскольку основное внимание уделяется не эко­номическому, а правовому содержанию сделок. Например, сделки купли-продажи имущества отделены от других сделок с имуществом, тогда как с финансовой точки зрения их следовало бы объединить как сделки, направленные на отчуж­дение активов.

Отчуждению подлежит то имущество, без ко­торого невозможна основная деятельность ор­ганизации, а также ликвидное имущество [4]. С первым сложно не согласиться, поскольку ком­пания, вынужденно прекращающая свою основ­ную деятельность, лишается главного источника доходов и, следовательно, не в состоянии под­держивать сложившуюся структуру постоянных затрат. Именно прекращение основной деятель­ности и чаще всего экономически не обоснован­ное изменение основного вида деятельности (на­пример, производственное предприятие начинает сдавать все имеющиеся площади в аренду) харак­теризуют наиболее глубокий кризис, неизбежно влекущий за собой банкротство и ликвидацию. Таким образом внезапное прекращение основной деятельности, смена основного вида деятель­ности на вид деятельности, существенно менее рентабельный, являются характерными призна­ками преднамеренного банкротства. Утвержде­ние о том, что при реализации преднамеренного банкротства в первую очередь отчуждается лик­видное имущество, достаточно спорно. Дей­ствительно, сокращение ликвидного имущества ведет к созданию и увеличению неплатежеспо­собности. Однако подобная закономерность про­слеживается скорее в нормальной хозяйственной практике, тогда как в условиях преднамеренного банкротства речь должна идти, прежде всего, не о ликвидном, а о самом дорогом имуществе.

Необходимыми условиями для установле­ния признаков преднамеренного банкротства являются такие последствия сделок и действий (бездействия) органов управления организа­ции, как возникновение или увеличение непла­тежеспособности и реальный ущерб должнику в денежной форме. Однако, как отмечено выше, приоритетное внимание следует уделять не «соз­данию или увеличению неплатежеспособности», а сделкам, в результате которых платежеспособ­ность организации не может быть восстановле­на. Понятие «реальный ущерб» в методике [4] не определено. В случае преднамеренного бан­кротства ущерб должен быть настолько велик, чтобы отсутствовала возможность восстановить платежеспособность должника и его финансовое состояние соответствовало признаку недостаточ­ности имущества.

Диагностике подлежат отдельные сделки и действия (бездействие) руководства или соб­ственников организации [4]. Для аналитика ос­новная проблема заключается в том, что сделки организации, рассматриваемые по отдельности, как правило, весьма проблематично охаракте­ризовать как не соответствующие законодатель­ству РФ и обычаям делового оборота. Подобная проблема возникает и при диагностике сделок, заключенных или исполненных на условиях, не соответствующих рыночным. В большинстве случаев задача определения соответствия кон­кретной сделки рыночным условиям оказывается крайне трудоемкой, требует значительных допу­щений или вообще невыполнима, что может быть обусловлено отсутствием необходимой статисти­ки по сопоставимым сделкам. В то же время ана­лизируемая сделка может быть редкой или уни­кальной.

На наш взгляд, сделки, а также действия (бездействие) органов управления должника следует рассматривать не изолированно, а в со­вокупности. Приоритетное значение полагает­ся придавать их экономическому содержанию. При оценке соответствия рыночным условиям следует выявлять сделки, направленные на мак­симизацию убытка и в конечном итоге банкрот­ство и ликвидацию предприятия. Таким образом, цель данного этапа диагностики может быть сформулирована как выявление совокупности сделок, направленных на банкротство и ликвида­цию должника, то есть финансовая схема предна­меренного банкротства.

Подытоживая вышесказанное, перечислим наиболее распространенные признаки предна­меренного банкротства, связанные с его финансо­вым механизмом:

Действующие правила проверки арбитраж­ным управляющим наличия признаков фиктив­ного и преднамеренного банкротства являются временными. Тем не менее опыт их применения позволяет сделать ряд выводов, которые, с нашей точки зрения, целесообразно учесть при разра­ботке новых методических рекомендаций.

Преднамеренное банкротство является эко­номическим преступлением (правонарушени­ем), расследование которого требует примене­ния методики, адекватной его специфическому содержанию, содержащей элементы не только юридической, но и финансовой диагностики. Цель финансовой диагностики преднамеренного банкротства - выявление наличия (отсутствия) причинной связи между действиями (бездействи­ем) руководства или собственников организации и определенным изменением ее финансового со­стояния. Основным финансовым признаком пред­намеренного банкротства является недостаточ­ность имущества организации, в подавляющем большинстве случаев она сочетается с умерен­ным ухудшением ликвидности.

В финансовой диагностике немаловажную роль играет анализ финансовой отчетности. Од­нако рекомендуемые в действующей методике [4] показатели не позволяют учесть некоторые характерные для преднамеренного банкротства изменения, из-за чего возможны ошибочные вы­воды. В то же время большинство подобных из­менений в финансовой отчетности могут иметь место и в условиях нормальной хозяйственной практики. Нельзя также забывать, что данные финансовой отчетности кризисных компаний нередко намеренно искажаются, а значения финан­совых коэффициентов варьируются в зависимо­сти от принятых методов учета. Следовательно, вполне закономерно, что анализ финансовой от­четности дополняет или предваряет анализ фи­нансового механизма преднамеренного банкрот­ства. При проведении финансовой диагностики преднамеренного банкротства сделки должника следует рассматривать не изолированно, а в со­вокупности, принимая в качестве приоритета их экономическое содержание.

Дальнейшее совершенствование процедур финансовой диагностики напрямую связано со сбором и обработкой фактических данных, от­ражающих те или иные финансовые схемы пред­намеренного банкротства. К сожалению, доступ к необходимой информации по данному вопросу ограничен. Это касается не только финансовой отчетности организаций, в отношении которых были установлены признаки преднамеренного банкротства, но и сведений судебной экспертизы о наличии (отсутствии) признаков преднамерен­ного банкротства. Тем не менее результаты пред­ставленного исследования имеют практический характер и могут быть использованы при подго­товке соответствующих заключений.